Никогда не читал бестселлеры в момент раскрутки. Из чувства противоречия. Зато через пару-тройку лет, когда все вокруг уже наелись и успокоились, можно читать более продуктивно. Во всяком случае, нет желания поминутно вскакивать и швыряться книжкой об пол - никто ведь ее больше не навязывает. А значит, можно судить более хладнокровно.
В двух словах: Нелепая история, написанная кошмарным языком.
Новая попытка чтения поплита не задалась. Автор не слишком старается загрузить мозг читателя, поэтому читателю поневоле самому приходится изыскивать предметы для обдумывания. А поскольку текст подходящих объектов не содержит, все мысли невольно стягиваются к личности самого автора. Он, конечно же, предвидел такой оборот и своевременно прикрылся совсекретной биографией. Спецназ ГРУ или типатово. Не впечатляет. Как говорил Жванецкий, отбери у него форму и пистолетик, и что останется? То, что по Уитмену никак "не скрыть в твоих писаниях". Автор косноязычен, активно использует языковые штампы, демонстрирует крайне упрощенное мировоззрение. Психологический возраст - от 14 до 18. Сюжет не балует интригой, достоверность характеров и описываемых ситуаций близка к нулю. У меня возникло сильное подозрение, что жизненный опыт автора Катастрофы ограничен телевизором и парочкой справочников, а литературный вкус и критическое отношение к себе отсутствуют. По некоторым косвенным признакам (описание олигархов, чиновников и прочих начальников) можно предположить, что в изнанку текста прошита психология лузера, причем лузера злорадствующего. Не способного оценить чужие достижения, лелеющего мечты о возмездии, о том, что ситуация радикальным образом переменится и вот тогда... Ей богу, большинству русскоязычных писателей апоки и постапоки можно не глядя выписывать талончики на прием к психоаналитикам или направления на курсы переквалификации. Быть может, заняв достойное место в жизни, они перестанут выкармливать церебральных тараканов.
В двух словах: Нелепая история, написанная кошмарным языком.
Новая попытка чтения поплита не задалась. Автор не слишком старается загрузить мозг читателя, поэтому читателю поневоле самому приходится изыскивать предметы для обдумывания. А поскольку текст подходящих объектов не содержит, все мысли невольно стягиваются к личности самого автора. Он, конечно же, предвидел такой оборот и своевременно прикрылся совсекретной биографией. Спецназ ГРУ или типатово. Не впечатляет. Как говорил Жванецкий, отбери у него форму и пистолетик, и что останется? То, что по Уитмену никак "не скрыть в твоих писаниях". Автор косноязычен, активно использует языковые штампы, демонстрирует крайне упрощенное мировоззрение. Психологический возраст - от 14 до 18. Сюжет не балует интригой, достоверность характеров и описываемых ситуаций близка к нулю. У меня возникло сильное подозрение, что жизненный опыт автора Катастрофы ограничен телевизором и парочкой справочников, а литературный вкус и критическое отношение к себе отсутствуют. По некоторым косвенным признакам (описание олигархов, чиновников и прочих начальников) можно предположить, что в изнанку текста прошита психология лузера, причем лузера злорадствующего. Не способного оценить чужие достижения, лелеющего мечты о возмездии, о том, что ситуация радикальным образом переменится и вот тогда... Ей богу, большинству русскоязычных писателей апоки и постапоки можно не глядя выписывать талончики на прием к психоаналитикам или направления на курсы переквалификации. Быть может, заняв достойное место в жизни, они перестанут выкармливать церебральных тараканов.