swgold

Кстати, на сайте Лабиринта предзаказ и скидка в полцены:

А еще Василий Владимирский неплохо так прошёлся по основным проблемам этой книги. Я только добавлю несколько причин, по которым письма просто нельзя было печатать в исходном виде. Во-первых, возможные юридические последствия - не все писатели и редактора, с которыми имел дела РЭХ (или их наследники), могли оказаться достаточно толерантны к высказываниям покойного. Сын Горация Голда уважал писателя. Клан Скрибнеров, как ни странно,тоже (ну, или смотрел на выпады покойного сквозь пальцы, поскольку по-прежнему держал права на его ювенильную серию романов). У Алисы Далглиш, по-моему, не было наследников. Поэтому всем троим, Горацию Голду, Алисе Далглиш и м-ру Скрибнеру, досталось в этой книге на орехи. Обо всех прочих в "Ворчании" не найдётся ни одного плохого слова, хотя яду по их поводу в своё время было выплеснуто немало. Во-вторых, письма РЭХ - это довольно объёмные документы, в каждом из которых намешано всего помаленьку - деловые переговоры, пункты контрактов, обсуждение гонораров, личные подробности, которые относятся к личной жизни корреспондентов и не имеют отношения ни к литературе, ни к жизни самого РЭХ, есть просто праздная светская болтовня. Так что не резать эпистолярные труды мужа Вирджиния просто не могла. Ну и в-третьих, некоторые письма вообще не могут быть поняты без предыстории, а чтобы её поднять, нужно попутно опубликовать не только письма РЭХ, но и его корреспондентов, на что требуется разрешение. В этом плане очень жаль, что в книге почти нет ранней переписки с Джоном Кэмпбеллом-младшим. Те письма великого редактора Золотого века, что я читал, были просто великолепны, а его критика текстов Хайнлайна была очень умна и очень деликатна. Возможно поэтому мы их и не видим - в письмах Кэмпбелла было намного больше веса, чем в репликах Хайнлайна. Кэмпбелл в этих историях доминировал, а Вирджинии вряд ли хотелось выставлять на публику подобные картины. Хайнлайн вообще был задирист, но не всегда выходил победителем в письменных баталиях.Так во время обмена колкостями редактор "Плэйбоя" уделал писателя, как младенца, и поэтому от их переписки в "Ворчании" остались всего несколько фраз. Но даже после цензуры Вирджинии эта книга стоит прочтения - где-то между строчками в ней всё же маячит реальный Боб Хайнлайн, то, каким он был на самом деле.